В Греции всё есть

Это был уже второй или третий день на Миконосе. Утренняя синева и белизна солнечной Фиры резали глаза. Пожилые туристы с мыльницами наперевес заполняли улицы в поисках новых впечатлений, сувениров и фотографий. Кафе открывались и навязчиво зазывали к себе. Бутики раскладывали на витрины модное шмотье. Пахло едой, духами, роскошью, немного цветами и морем. На все это с некоторым равнодушием с невысокого крыльца смотрел я и коты. Так можно было описать любое утро в этом месте. Кроме этого.
Снизу зажурчало и вырвалось наружу из ливневой канализации. Запах дошел позже, а сначала на каменную мостовую потекли фекальные массы. Желто-бурая жидкость с фракциями разного размера, консистенции и цвета — от светло-серого до глубокого коричневого. Пока толпа поняла, что произошло, небольшую площадь затопило по щиколотку. Сандали полностью погрузились в эту жижу, льняные штаны потеряли былую белизну, улыбки сошли с лиц, и люди стали крича и морща носы в ужасе разбегаться, поднимая в воздух мириады брызг, в которых засияла радуга. Ладно, радугу я выдумал.
Когда все несчастные выбрались на сушу, в возникшей паузе продавец одного из бутиков поставил точку в этой драме, чем-то похожей на картину “Последний день Помпеи”:
— Welcome to beautiful life!